Parents' Corner

МАТЕРИНСКИЙ РУССКИЙ ЯЗЫК КАК ВТОРОЙ РОДНОЙ

Русский язык – малышам

Многие родители – носители русского языка, проживающие вне России, понимают, как важно обучить детей русскому языку: и тех, кого привезли в новую страну проживания в младенческом возрасте, и даже тех, кто родился в новой стране.

Взрослому человеку для изучения языка требуется много лет, не говоря уж о материальных затратах. У детей изучение языка проходит значительно быстрее (если, конечно, язык преподается на должном уровне), но все равно требуется труд педагога и ребенка, время, но ребенку зачастую не удается избавиться от акцента, да и не всегда он становится билингвом, то есть человеком, владеющим двумя языками на уровне родного. Иначе говоря, во многих случаях русский язык для ребенка остается языком иностранным.

Значительно проще и эффективнее сохранить у ребенка материнский русский язык и продолжить его совершенствование. Это самый простой путь к владению русским языком как родным, на том же уровне, что и языком страны проживания.

Что же такое материнский язык и чем он отличается от родного? Материнский язык – язык раннего детства, язык, в который ребенок окунается с момента рождения, на котором мама разговаривает с ним, совсем крохой, поет ему колыбельные, уговаривает не плакать, учит понимать первые обращенные к нему слова и отзываться на свое имя. И первые слова ребенок произносит на материнском языке. Он учится говорить, подражая тем звукам, которые произносит мать и другие, близкие ему люди. Ребенок следит за артикуляцией взрослых, мимикой, воспроизводя их, повторяет звуки и слова, постепенно распознавая их смысл. В ряде случаев младенец воспринимает не отдельные слова, а словосочетания, повторяя как клише то, что взрослые относят к нему. «На!» – говорит ребенок, обращаясь с просьбой дать ему что-то; вместо «возьми меня на руки» он повторяет фразу взрослых «иди ко мне» или говорит: «на меня». Так постепенно ребенок не только накапливает слова, но и учится оформлять их грамматически, подсознательно связывая слова по принципам русской грамматики, правильно выбирая формы слов, правильно конструируя предложения. Материнский язык превращается в язык родной, что обычно и происходит в жизни. Дальше человек совершенствует свой родной язык, а уж богат будет этот язык или беден, зависит от ряда обстоятельств. Но это язык, на котором человек думает, на котором он видит сны, на котором отвечает на неожиданные вопросы, даже если впоследствии он овладевает несколькими языками, и те остаются для него иностранными.

Но бывают, и в наше время довольно часто, ситуации, при которых материнский язык не становится родным. Можно вспомнить не столь уж давнее время, когда в так называемых «местечках» Украины, Белоруссии, где массово проживали евреи, языком общения, то есть родным языком, был идиш. Он был материнским языком для детей, родившихся в 20-30-е годы прошлого века. Но эти дети пошли в школу, где преподавание велось на русском языке. Родным языком для этих детей становился русский. А уж если выросшие дети уезжали учиться в большой город, то идиш забывался совсем. Так идиш для этой группы людей был языком материнским, а их родной – русский.

То же самое можно наблюдать у иммигрантов, приехавших с маленькими детьми из России. У детей русскоязычных эмигрантов, родившихся в России или даже в стране проживания, русский язык – материнский (мама, бабушка говорят с ними по-русски). Но как только ребенок начинает посещать детский сад, активно общаться со сверстниками, он попадает в среду языка страны, в которой живет, родным языком для него становится язык постоянного общения. Даже если дома говорят по-русски, ребенок отдает предпочтение новому языку, потому что расширяются его интересы, тематика общения выходит за пределы домашних разговоров, новые возрастные интересы требуют более широкой информации, которая приходит на новом языке. К материнскому языку пропадает интерес, ребенок, даже поддерживая его на минимальном уровне, перестает ощущать родным. Он не забывает, как многие думают, слова, он утрачивает самое главное в языке – его грамматический строй. Слова – это строительный материал, который нельзя использовать кое-как, он требует оформления в цельное здание, взаимосвязи, а именно эта связь – изменение слов, возможные сочетания и т.п. – как раз и отсутствует.

Иногда кажется, особенно родителям, что их дитя говорит по-русски, хотя он совсем не случайно заменяет знакомыми ему русскими словами слова недавно нового для него (английского, немецкого, иврита и др.) языка русскими словами. Например (приведу самые простые примеры), «тарелки лежат на столе» (англ., иврит), «что есть твое имя?» (англ.), «мой друг уже семь, а я только пять…» (англ.), «бабушка, когда ты была новая, ты прыгала?» (англ.), «что будет задание?» (иврит), «эта книга кого?» (иврит). Иногда говорят, что ребенок переводит на русский язык. Но это не перевод, а простая замена слов одного языка словами другого, следовательно, язык страны проживания стал для ребенка родным, он на нем не только говорит, но и мыслит, а это всегда другой стиль мышления.

Сразу же встает вопрос: можно ли сохранить материнский язык как второй родной? И лучше ли это, чем начать изучение его несколько позже, уже в школьном возрасте? Судите сами.
Американская ученый-педиатр Сюзен Канизарес (Susan Canizares) на основании многолетних исследований получила интересные результаты. Из них следует, что двух-трехлетний ребенок знает от 50 до 300 слов. Ребенок от трех до четырех лет – от 500 слов до 1200. У ребенка четырех-пяти лет запас слов уже 2000.

Попробуем сделать свои выводы на основании этих данных. В три-четыре года ребенок идет в детский сад, начинает активно общаться со сверстниками – носителями языка страны проживания. Ребенок не только не развивает материнский язык, увеличивая запас слов и активно усваивая грамматический строй языка, а быстро теряет и то и другое. И если не сохранить имеющийся у ребенка лексический запас (мы говорим только о лексике, игнорируя грамматический строй языка), то на запоминание этих 1200 слов, которые ребенок знал в четыре года, потребуется не менее полутора-двух лет занятий с педагогом. Следовательно, сохранение материнского языка дает ребенку серьезные преимущества для дальнейшего совершенствования его как второго родного. Сохранить язык значительно проще, чем учить его заново.

Приведу пример. В Московскую консерваторию приехала на стажировку 20-летняя певица из Канады. Ее бабушка, эмигрировавшая из России, говорила с девочкой только по-русски, учила ее русским песням. Она умерла, когда внучке было около семи лет. С тех пор девочка на русском языке не общалась и считала, что русского языка не знает.

Узнав о том, что материнским ее языком был русский, я предложила ей заниматься в группе славян (болгары, словене), которые к тому же на родине немного занимались русским языком. Вначале новая ученица не принимала участия в работе и очень переживала, что «ничего не понимает». И вдруг (именно «вдруг») она нашла правильную форму слова, чего никто в группе не мог сделать. Ей показалось это случайностью. Но еще через два месяца она не только восстановила то, что знала в детстве, но и стала быстро продвигаться вперед. Правда, следует учесть и то, что жила она в общежитии, где говорили в основном по-русски, занятия с преподавателем вокала велись тоже на русском языке.

Как же сохранить у ребенка материнский язык? Начать заниматься с ребенком русским языком с того момента, когда он начал осваивать новый язык. И заниматься следует не по учебникам для детей – носителей русского языка, а по учебникам для детей-иностранцев, созданным на основе методики преподавания русского языка как иностранного (РКИ). Ведь русский язык для вашего ребенка уже становится (или стал) иностранным. И главная задача теперь не потерять тех знаний, которые ребенок накопил, и продолжить работу над русским языком уже вне языковой среды, когда влияние языка страны проживания оказывается преобладающим.

Некоторые родители боятся перегрузки ребенка или того, что русский язык помешает изучению нового языка. Взрослые недооценивают возможностей детей трех-семи лет, не учитывают их неуемную фантазию, уникальную в этом возрасте память и заложенную в каждом ребенке способность к языкам. Практика показывает, что каждый ребенок в этом возрасте – прирожденный лингвист, способный освоить одновременно несколько языков (не путая и не смешивая их, чего опасаются родители), и это только способствует его развитию. Ребенок на лету схватывает самые сложные грамматические конструкции и легко вводит их в свой язык, наполняя новым лексическим содержанием: заменяя слова, не делая ошибок в их грамматической связи. Он, не задумываясь, скажет, что «смотреть на кого», а «видеть кого»; что «ходить в шапке» и «ходить с шапкой» не одно и то же, как и «думать за кого» и «думать о ком». А попробуйте это объяснить взрослому ученику, начинающему изучать русский язык…

Первая задача взрослых – раскрыть и закрепить заложенные в ребенке возможности путем раннего обучения чтению и письму, используя особенно благоприятный период развития ребенка, когда у него формируются языковые навыки и он осваивает язык не сознательно, а интуитивно, знакомясь с окружающим миром и легко запоминая большое количество слов, словосочетаний и стихов. В этом возрасте прекрасно развита у ребенка способность к подражанию, поэтому, повторяя сказанные родителем или учителем фразы, стихи, ребенок воспроизводит вашу интонацию и ваше произношение, иначе говоря, он усваивает особенности произношения и интонации тех языков, на которых говорит.

Четырех-шестилетних детей не только можно, но и нужно учить читать и писать. Алфавит ребенок-дошкольник осваивает легко, главное при этом – научить его слоговому, а не побуквенному чтению. С самого начала дети должны писать письменным шрифтом, а не рисовать печатные буквы.

Раннее обучение чтению и письму дает серьезные преимущества при поступлении в школу: ребенку легче освоить латинские буквы, соединение букв на письме уже не вызывает затруднений. Обучение письменному шрифту ускоряет и упрощает не только обучение письму, но и сам процесс написания слов.

Почему в советской школе не рекомендовали учить ребенка писать до поступления в школу? Традиция, оставшаяся от дореволюционной школы, когда обучение каллиграфии с определенным нажимом, четкими элементами букв было важным школьным предметом. Умение красиво писать было обязательным для культурного человека. Теперь рукописный текст не играет важной роли («рукописи» создаются на компьютере), и умение красиво выписывать палочки и крючочки не имеет значения. Да и, если вспомнить, никакие уроки чистописания не вырабатывали у учеников стандартного почерка, он всегда остается индивидуальным. И теперь, начиная писать сразу письменными буквами, каждый ребенок вырабатывает свой почерк, причем, не хуже, чем у учеников, писавших по прописям и долго работавших над этими самыми палочками-крючочками.

Используя желание ребенка все делать самостоятельно, в начале каждого урока можно делать трехминутный диктант, конечно, не контрольный, а постоянно «советуясь» с детьми, как написать каждое слово. Обязательно работу ребенка надо оценить высоко. Это серьезный стимул для дальнейших занятий. Опыт занятий с детьми показывает, что, зная всего несколько букв, дети с удовольствием пишут «диктанты», состоящие из нескольких слов или двух-трех примитивных предложений из знакомых слов, включающих знакомые буквы.

При обучении чтению и письму следует обращать внимание на развитие речи, на правильное произношение звуков и слов, интонацию и незаметно, но настойчиво закреплять грамматические формы.

Если живя в русскоязычной среде, ребенок все время слышит только русскую речь, даже не все понимая, он «впитывает» формы, постоянно обогащая свой язык, то теперь он оторван от языка. И новый материал ему можно давать, только опираясь на то, что усвоено раньше. Только реальное, а не заученное владение грамматикой позволяет ребенку, растущему в среде другого языка, избавиться от примитивной речи и пользоваться конструкциями, присущими русскому литературному языку. Поэтому закрепление грамматических форм должно проходить на легко запоминающихся и часто повторяющихся моделях – образцах речи. Объяснять «правила» бесполезно, это не только непонятно ребенку, но и делает урок скучным, у ребенка пропадает интерес к самому языку. Проще всего при изучении грамматики использовать детские стихи. Начинать нужно с тех стишков, песенок, которые ребенок слушал и повторял в раннем детстве, и постепенно вводить новые детские стихотворения.

Ритмика, рифма, а также тема, интересная для детей, способствуют запоминанию стихотворения, а следовательно, закреплению фонетических и интонационных навыков. Словосочетания из стихотворений ребенок переносит в речь. Такие выражения, как «это было так давно» (Р.Сеф), «только это между нами» (Р.Муха), «под дождем остался …» (А.Барто), становятся уже «своими», ребенок ими пользуется не задумываясь. Но этим работа над стихотворением не ограничивается.

Полезно на материале стихотворения сделать ряд упражнений: на развитие речи (ответить на вопросы, объяснить, как это можно понять и т.п.), дать грамматические упражнения (чтобы ребенок ответил на ваши вопросы, в которых «запрятана» грамматика, например, вопросы «где» для закрепления предложного падежа). От вопросов, связанных с содержанием стихотворения, необходимо переходить к вопросам бытового характера, но придерживаясь той же грамматической и лексической темы.

При выборе стихотворений, материала для чтения всегда следует помнить об оторванности ребенка от русскоязычной среды, о том, что и новые слова, и грамматические формы он узнает только от вас, другого источника нет. Следовательно, надо строго дозировать как лексический материал, строго отбирая «нужные» слова и отбрасывая то, что на данном этапе обучения лишнее, не необходимое, так и грамматический материал должен вводиться постепенно и в соответствии с рекомендациями, которые даются в методике РКИ.

При выборе стихотворного или прозаического материала следует обращать внимание не только на доступность лексики и грамматики (нельзя же дать ребенку для чтения или заучивания предложения с пассивными конструкциями или причастным оборотом и т.п.), но при подборе материала необходимо учитывать и тематику. Она должна быть «интернациональна»: не содержать информации, которую ребенку трудно воспринять в силу своей ментальности.

Например, прекрасные по форме, языку и содержанию некоторые стихотворения С.Маршака, А.Барто, С.Михалкова непригодны для детей, живущих не в России, поскольку речь в них идет о коммунальной квартире с общей кухней, о пионерском сборе и т.п.

Особого разговора заслуживает увлечение некоторых родителей и учителей чтением русских народных сказок, пусть даже адаптированных. Издавна считается, что сказки созданы для детей. Это совсем не так. Но не будем входить в историю создания и распространения сказки.

Попробуйте, зная иностранный язык на довольно хорошем уровне, прочитать сказку на этом языке. Вы легко убедитесь, как это сложно. И вот ребенку, у которого ограничена лексика настолько, что он затрудняется выразить на русском языке довольно элементарную мысль, предлагают понять, а следовательно, запомнить слова «ухват», «завалинка», «тулуп», «кушак». Да, в некоторых учебниках для детей, которые, следуя современным потребностям, но совершенно по недоразумению называются «Русский как иностранный», дается толкование этих слов. И после сказки мы видим от 18 до 27 слов, которые «объясняются» еще более непонятными словами. И уже на следующем уроке ребенок говорит, что он забыл, чем колодезь отличается от мельницы. А нужны ли ему, проживающему не в русскоязычной среде, в первую очередь именно эти слова?

Н.Власова-Куриц

Справка об авторе: Нина Власова, кандидат филологических наук, доцент, работавшая заведующей кафедрой русского языка для иностранцев Московской консерватории. Она – автор учебников и пособий по методике преподавания РКИ (была в числе создателей методики). В течение ряда лет Нина Власова занимается с детьми 5-14 лет, адаптировала  методику преподавания РКИ к детскому возрасту и создала учебники "Русский язык как иностранный" по обучению детей иммигрантов.